Оранжевое небоDark corner
 •

Рыжий Бесстыжий Романтический Автор

Да, это - Я!


Забор :)


Амулет на счастье

Ито и Макото - герои замечательной манги "Двойная Джульетта" - "W-Juliet", созданной мангакой Емура.
Ито - типичная сорви-голова, младшая сестра при трех братьях и президент театрального кружка, куда однажды приходит новенькая и очень талантливая девушка, которая на поверку оказывается... парнем. Парнем, отчаянно мечтающим стать актером и поставленным отцом перед выбором: либо бросить свою дурацкую идею и принять у него бразды правления семейной школой боевых искусств, либо делом доказать свою гениальность и способность перевоплощаться и закончить старшую школу в образе девушки. И Макото принимает вызов и преодолевает все преграды, исполнив уже не одну, а две своих мечты - стать актером и быть с любимой. Как это происходит - читайте на страницах манги, с предпоследней страницы которой этот фанфик и стартует.

Предупреждение: народ, меня опять на эротику потянуло. Так что, если не хотите меня смущать и смущаться сами, почитайте что-нибудь более приличное, ага?

***

- ...Только уж кровать какая-то слишком большая...
Ито пожалела об этих словах в миг, когда они вылетели у нее изо рта. При виде монструозного сооружения посреди комнаты с двумя подушками и сложенной стопочкой парой пледов, которое назвать просто "кроватью" язык не поворачивался - скорее, "кроватище" или даже "Ее Величество Кровать", взгляд Макото тоже сразу изменился.
- Так это ж замечательно: можно спать вместе.
- А... ну, да... - проблеяла Ито и отчаянно покраснела.
- Или... - она даже не заметила, как он оказался сзади и притянул к себе, обхватив поперек талии, - ...или тебе до сих пор это ни разу в голову не приходило?..
Ито молчала: приходило. Ну, или пыталось прийти, но дальше порога она эти мысли не пускала - Макото и без того пугал ее своим пылом и везделезущими руками.
- Ты ведь останешься сегодня? - вдруг спросил он тихим, серьезным голосом.
- Что?..
- Нет, если тебе неприятно, то конечно... - ну вот, того гляди, обидится... - Но я хочу быть с тобой... - он заглянул ей в глаза и не дал отвернуться, удержав лицо в ладонях. Как Ито ни тянула время, глядя то в пол, то в потолок, ничего не вышло: она была упрямой, но Макото - упрямей. И сильней - отлепить его руки от своих щек она тоже не смогла. - И что ты мне ответишь?
Кажется, он улыбнулся? Ито посмотрела на его губы - нет, губы не улыбались. Тогда откуда взялось ощущение улыбки?
- Мне... Мне вовсе не неприятно...
Макото шумно выдохнул и наклонился - Ито зажмурилась, но он поцеловал ее в переносицу, будто ребенка. Потом в щеку, потом - улыбнувшись - в правый глаз, потом, чтобы левому было не обидно, в левый. А когда она рассмеялась, наклонился к ее губам, и ее смех завибрировал у него на языке.
- Ито...
Видимо, это прозвучало с какой-то особенной интонацией, потому что смех тут же смолк. Ито опять напряглась, и Макото мысленно застонал: ему уже девятнадцать, и последние три года в его жизни существует только одна девушка, они наконец-то помолвлены - так что ж такого странного, что ему хочется... в конце-то концов... На миг он пожелал, чтобы Ито стала капельку романтичней, но мысль исчезла, даже не успев оформиться - в конце концов, он влюбился и любил ее такую, какой она была - резкую, порывистую, неженственную и безумно женственную в то же самое время. И желанную.
Опасаясь, что может снова поторопить естественный ход вещей и получить по рукам, Макото разжал объятия. Терпение, терпение: теперь этот дом - их, и то, чему суждено случиться, непременно случится. Хорошо, пусть не сегодня...
...Нет уж, пусть сегодня! - рука дернулась к заднему карману брюк, но он успел себя остановить.
- Я... - вздох, - я останусь.
Макото обожгло изнутри - не от этого ли жара в тот же миг вспыхнули фонари, разрезав сумерки и осветив старую пихту на противоположной стороне улицы?
- Я чай поставлю, ага?.. - донеслось уже с кухни: Ито успела удрать.
Так, наверное, было даже лучше: у него появился шанс собраться с мыслями.
Сегодня.
Макото не раз и не два думал о том, до чего сегодня наконец-то дошел черед, и опять занервничал. Он не боялся брутального и короткого на расправу сплошь мужского семейства своей невесты ("невесты", - повторил он в поисках уверенности). Он вообще мало чего боялся. И мало чего хотел. А хотел он сейчас...
Рука, остановленная усилием воли в прошлый раз, на этот все-таки успела забраться в задний карман джинсов и нащупала квадратик из фольги, который - то ли в качестве амулета на счастье, то ли как доказательство того, что однажды "это" все-таки случится и у них, то ли как свидетельство неискоренимого оптимизма (а с учетом того, что это был уже второй презерватив, кочевавший из кармана одних брюк в другие - у первого вышел срок годности, скорее, последнее) Макото последние два года носил с собой.
Презерватив придал мыслям конкретность.
Прислушавшись к возне на кухне, Макото быстро подошел к кровати, отправил на пол подушки и, оценив поле грядущей деятельности, раздраженно цокнул языком: заниматься "этим" на голом матрасе Ито, скорее всего, не понравится. Самому ему было совершенно все равно - он готов хоть на полу и на газетах.
А может...
Он вспомнил хитрую улыбку Тацуеши... - если на кухне оказался чайник и даже какая-никакая посуда, то можно понадеяться на лучшее, верно? - и развернулся к шкафу. На этот раз заветный квадратик, ждущий своего часа в заднем кармане, и правда сработал как амулет: на нижней полке отыскалась пара простыней.
Из коридора донеслось звяканье чашек и шаги. Макото еще раз посмотрел на полку.
Три-два-один.
Если бы существовали соревнования по скоростному застиланию кроватей, он бы точно победил: когда Ито через пятнадцать секунд вошла в комнату, кровать была готова, презерватив (на этот раз в качестве доказательства того, что время пришло) ждал своего звездного часа под подушкой, а Макото опять стоял у окна, не слишком уверенный, хочется ли ему видеть выражение лица Ито в тот момент, когда результат его приготовлений с выразительными двумя подушками в изголовье попадет в ее поле зрения.
Шаги оборвались, раздалось тихое "ах". Он напрягся.
- Где будем чай пить? - спросила Ито, оглядывая комнату, всю спартанскую меблировку которой составляли кровать и встроенный шкаф. С Макото взглядом она старалась не встречаться, на постель тоже не смотреть.
- Давай здесь, - надеясь, что тоже не слишком покраснел, Макото указал на пол в изножии кровати.
Чаепитие прошло в неловком молчании. Ито сидела, подтянув под себя колени и больше всего на свете боялась схватиться за чайник одновременно с ним. Под конец Макото не выдержал:
- Ито, если тебе неприятно...
- Я же сказала - все в порядке! - она вскочила, по традиции пряча смущение за резкостью. Макото улыбнулся: в этом Ито была парнем больше, чем он сам. - Я в душ! Где у тебя полотенце?
- Ты имела в виду "у нас"? - поправил он, переходя на свой обычный тон. - Посмотри там, в шкафу. Знаешь, твои братья даже о белье побеспокоились - наконец-то в них проснулась не семейная, а мужская солидар... Ай! - второй раз поймать его врасплох не удалось, да он и в первый-то раз позволил дать себе подзатыльник, чтобы она слегка спустила пар, - наверное, полотенце там тоже найдется...
Опять краснея и пряча смущенную улыбку за ворчливым "паразиты", с обещанием при первой же встрече "надрать всем задницы", Ито сдернула с полки полотенце и исчезла в ванной.
Щелк.
Заперлась, - с неудовольствием отметил Макото. - Ничего, это в последний раз.
Когда в душе зашумела вода, бороться с внутренним и внешним подъемом стало невмоготу. Макото еще раз поправил простыни, зачем-то проверил, на месте ли амулет на счастье, отнес на кухню чашки и прислушался.
В ванной вовсю лилась вода.
Он посмотрел в окно, проводил взглядом одинокого прохожего и, подумав, задернул занавеску.
А вода все лилась и лилась.
Макото помыл чашки.
Шум воды прекратился, и через некоторое время Ито вышла - по-прежнему в шортах и футболке, хотя Макото предпочел бы, чтоб всей одежды на ней было только полотенце, сейчас тюрбаном намотанное на голове. Она что-то мурлыкала себе под нос и, проходя мимо по коридору, сумела ловко увернуться от его руки:
- Теперь твоя очередь, - и опять негромко запела.
Удивившись этому невесть откуда взявшемуся спокойствию, Макото хотел было позаимствовать полотенце, но шутливо получил по рукам.
- Кыш, Мако-тян, в шкафу еще одно есть, - бесцеремонно плюхнувшись на кровать совсем не на девичий манер, Ито наклонила голову и начала вытирать волосы, не обращая на Макото никакого внимания, словно они были не вдвоем и не тут, в их собственном доме, а у него или у нее, причем в те стародавние времена, когда им еще нужно скрывать свои отношения и держаться друг от друга на приличествующем расстоянии.
Этот панибратский настрой Макото совсем не понравился. Нужно положить ему конец - немедленно, как только он выйдет из душа. Хотя смысл смывать пот, если именно потеть ты в ближайшее время и собираешься?..
Делиться с Ито этим размышлением Макото не стал - он взял действительно нашедшееся на полке второе полотенце, перебросил его через плечо и отправился в ванную, так и не сказав ни слова.
Едва зашумела вода, безмятежность Ито как ветром сдуло. Она подняла голову, явив миру красное, как помидор, лицо, и в благоговейном ужасе уставилась на кровать. Провела ладонью про простыне, наклонилась, чтобы понюхать подушку - непонятно, зачем, потому что на ней еще никто не спал, и пахла она накрахмаленной чистотой. От волнения в животе заурчало. Ито судорожно придавила его руками: не хватало еще опозориться перед Макото - вот уж будет всем конфузам конфуз, если в самый ответственный момент у нее...
Самый ответственный момент...
Они не раз делили с Макото комнату еще в бытность "лучшими подружками", но никогда не заходили дальше поцелуев украдкой. Сейчас же, если верить его взгляду, предстояло нечто куда более существенное. Урчать в животе перестало - наверное, потому, что все место внутри заняло что-то пушистое, сладкое и щекотное, как сахарная вата. Ей хотелось... Чего-то. С ним. Здесь. Она пока не была уверена, насколько далеко готова зайти, но, наверное... возможно...
Ито улыбнулась кровати и потянула себе на колени подушку, чтобы уткнуться в нее носом.
И похолодела.
Под подушкой лежал презерватив.
Он определенно не входил в список вещей, способных помочь девушке успокоиться и настроиться на романтический лад перед первым разом. Совсем наоборот. Даже не сообразив, что делает, Ито отшвырнула подушку, прикрыв прозу жизни, кинулась к двери - и на улицу, по дорожке мимо кустов, вперед...
...пятнадцать минут до станции, там на электричку и домой?
Но хотела ли она возвращаться?
Ито остановилась и умоляюще взглянула на освещенную фонарем пихту, словно та могла ей помочь. Подул ветер, и пихта с явной укоризной покачала макушкой. Сразу стало холодно. Ито развернулась и на деревянных ногах пошла обратно, но войти в дом заставить себя не смогла - еще хотя бы две минуты, чтобы собраться с духом. Она завернула за угол и сползла по стенке, обняв себя за колени. О том, к каким выводам придет Макото, не обнаружив в комнате ее, зато обнаружив дверь нараспашку, думать не хотелось.
Выводы последовали незамедлительно и были самыми неутешительными: не успела она в очередной раз обозвать себя дурой, как в одних брюках, теряя в дверях полотенце, Макото выскочил из дома, побежал к дороге, растерянно заметался туда-сюда, но, слава богу, догадался оглянуться. Не проронив ни вопроса, ни упрека, ни слова вообще, он вернулся, присел рядом. Ито даже не нужно было смотреть на него, чтобы понять, что он сердится.
- Мако...
- Ты могла бы мне просто сказать, - перебил он, глядя в пространство. - А не сбегать.
- Прости... - голос заглушило отчаянно колотящееся сердце, и Ито обреченно повторила: - Прости, Мако, я... Я сама не знаю, что на меня нашло...
- Я был бы рад, если б ты все-таки нашла объяснение, - перебил он ее тем резким, чуть надтреснутым тоном, каким говорил лишь о Токи-семпае. - Ты мне настолько не доверяешь?..
Началось... Когда Макото попадала шлея под хвост, отвязаться от него не было никакой возможности.
Ито вздохнула.
- Конечно, доверяю...
- Я тебе физически неприятен?
- Нет, что ты!
- Ты хочешь, чтобы это случилось только после свадьбы?..
- В общем... нет, - Ито отчаянно покраснела и еще сильней вжалась подбородком в голые коленки.
- Может быть, таково условие твоего отца?
- Вот еще! - возмущенной кошкой фыркнула она: да рискни ей кто-то поставить такие условия, она бы затолкала их обратно, да еще и своих бы добавила!
- Или думаешь, от того, что мне приходится играть женские роли в театре, я меньше мужчина?
- Ой, да нет же! - Ито даже всплеснула руками от такой нелепицы. - Ты два года прожил рядом со мной под видом девушки, но это не помешало нам... - она встретилась с его лукавым взглядом и умолкла: конечно же, просто шутит.
- Тогда почему?...
- Мако-о-о... - она боднула его лбом, прижалась лицом к голому плечу, засопела. Ледяная лапка тревоги, стиснувшая его сердце, разжалась и растаяла. - А ты смеяться не будешь?
Он мотнул головой.
- Понимаешь... Просто это так... так... странно и неловко... Когда тебе говорят "давай займемся сексом"...
- Я ничего подобного не говорил! - вспыхнул Макото. Ночь сделала возможным разговор, который никогда бы не получился при свете дня. Может, не так уж и плохо, что Ито пыталась сбежать?.. Теперь можно раз и навсегда расставить точки над и, выяснив, что же тяготит его и без того не слишком романтичную подругу, становящуюся и вовсе неромантичной, едва он пытается что-нибудь предпринять.
- Но имел в виду! - позабыв о недавнем смущении, уличила его Ито.
- А что в этом плохого? Разве мы не обручены? Разве ты этого не хочешь?
Она захлопала ртом.
- Иди сюда, - одним легким движением Макото посадил ее к себе на колени. - Запомни, Ито-сан, я не сделаю ничего такого, чего ты не захочешь. И ты всегда можешь рассказать мне о том, что тебя беспокоит. Ясно?
Она пискнула в ответ - сколько они уже вместе, а умение и готовность Мако без стеснения выражать свои чувства по-прежнему вызывали у нее зависть.
- Если тебе что-то будет неприятно, просто скажи. И я остановлюсь. Договорились?
- Ага...
- Вот и хорошо... - он провел рукой ей по спине вверх и опустил голову на плечо. Ее сердце колотилось совсем рядом - так громко... Макото улыбнулся и потерся виском о ключицу - такую вопиюще-трогательную в вырезе ее футболки. И замер. Если Ито ждала бури и натиска, она их не получила - он сидел, обнимая и чуть покачивая ее на коленях, прижимался лицом и слушал, как постепенно успокаивается ее сердце. И только когда Ито с глубоким вздохом осела в его руках, привалилась к груди, он поднял голову и поцеловал ее в подбородок - воздушно, невзначай. Если она и вздрогнула, то расслабилась почти сразу же, и следующие его прикосновения были приняты пусть и не одобрением, то уже без всяких возражений. А через два поцелуя его обняли в ответ и погладили по плечам.
- Мако, я такая трусиха...
- Неправда, - он поднял голову и толкнул Ито носом в подбородок. Намек был понят правильно - она наклонилась и поцеловала его именно туда, куда ему хотелось. Но не так, как он хотел. Тогда он подхватил ее под затылок, потянул вниз, к себе, и ее волосы упали ему на плечи. По спине Макото пробежали мурашки - правда, существовала вероятность, что пробежали они потому, что спина у него была голая, а волосы у Ито - влажные. - Да ты же сейчас простудишься! - очнулся он.
- А сам-то... - она звонко хлопнула его по плечу, и Макото вдруг понял, что тоже замерз. - Чай? - спросила Ито, когда они вернулись в дом.
- М-м, лучше это, - он мотнул головой в сторону кровати, и они прижались друг к другу, потуже завернувшись каждый в свой плед.
- Может, все-таки чай? - перестав клацать зубами, еще раз спросила Ито.
- Не хочу чай, хочу тебя... - Макото завалился на бок и потянул ее следом - теперь они лежали лицом друг к другу.
Ито покраснела, но едва ли от того, что ей стало жарко - она по-прежнему дрожала, и Макото, выпутав руки, докопался нее, подгреб к себе и укутал их обоих двумя пледами сразу.
Тепло. Еще теплей. Горячо.
Темы для разговоров пропали, слова тоже - осталось ощущение соприкасающихся тел.
Макото вдруг судорожно вздохнул и поцеловал ее в шею, потом - тут же, едва оторвавшись, - в губы. Его руки уже задирали на ней одежду, и теперь это не вызвало никаких возражений; Ито охнула, почувствовав прикосновение его живота к своему, и прижалась сильней. Макото был как всегда нежен и как всегда напорист - Ито не успела понять, когда и куда исчезла ее футболка, когда он успел оказаться сверху - горячий, тяжелый, пахнущий водой и летом, когда она сама осмелела настолько, что начала гладить его в ответ. Осмелела телом, но не разумом - все еще настороже, все еще не в состоянии определиться, насколько далеко готова зайти, она смотрела на него во все круглые от испуга глаза, и он, почувствовав, оторвался от ее левой груди и шепотом, будто опасаясь, что кто-то может их услышать, спросил:
- Ты чего-то боишься?
- ?.. Нет... Ну если только вдруг ты действительно окажешься женщиной.
Макото прыснул и навалился сильней.
- А ты разве не чувствуешь? Хочешь убедиться воочию?
- Т-ты!.. - задохнулась от смущения Ито.
Но он больше не шутил - приподнялся и выжидающе смотрел на нее; теперь стоило только двинуть рукой вон туда, вниз... Куда она и взгляд-то бросить стеснялась.
- Ито... - прошептал Макото, когда никаких действий не последовало. - Пожалуйста... - он взял ее руку и, не дожидаясь возражений, сунул за пояс своих штанов.
До этого момента Ито казалось, что ей уже и без того жарко, но сейчас она могла поклясться, что услышала шипение пробившего и мигом испарившегося с ее лба пота.
- М...Ма...ко...
Ответом стал стон, и он придавил Ито всем весом, подсунув руки ей под спину и сжав в объятиях так, что захрустели ребра. Ее рука, придавленная его животом, осталась там, где была. Спустя еще миг тактильные настройки организма сбились окончательно - он по-прежнему сильно, до боли, обнимал ее, но, спрашивается, откуда тогда взялась еще одна рука, и что такое интересное она делает с ее шортами?
- Мако!..
- Нет?.. Ито?.. Или... Можно...
- Макото! Подож-м-м-м... М-М-Ма-ай! Мако! Да с-стой же! ...Ай! Макото!..
- Но Ито...
- Ой-ей-ей!!! Больно!.. Ай! Ой! Мако, не надо!.. Стой! Ты же обещал!
- Все-все...
Он сел - голый, растерянный и расстроенный, с налипшими на лоб волосами, ставшими от пота темно-русыми, - Ито первый раз видела Мако таким. Голым - в том числе.
Определенно не женщина.
Она зажмурилась.
- Я не знаю, как сделать так, чтобы тебе не было больно!.. - признался он с отчаянием в голосе.
Ито робко открыла глаза, уставившись на его губы - распухшие, темные - только что ею лично и покусанные.
Потом снова двинулась вниз. Еще ниже. Еще.
О боже.
Немудрено, что ей так больно. Странно, что она вообще осталась жива.
- Ито... - он подполз к ней на коленях, заглядывая в глаза, поцеловал и замер, явно не зная, что теперь делать. И как всегда, когда Мако терялся - к чести его, происходило это крайне редко, - уверенность Ито удваивалась.
Вот и сейчас.
Только я и он.
Она запретила себе смотреть на отдельные части его тела, вызывающие у нее массу сомнений, и взглянула Макото в глаза с выражением, от которого его лицо сразу просветлело.
Кивнула.
- Ито?.. - желая удостовериться, правильно ли понял, он медленно потянул вниз ее уже спущенные шорты. Осторожно придвинулся. И замер, по-прежнему глядя ей только в лицо.
- Мако... - Ито положила ладони ему на плечи, погладила по рукам - до локтей и снова вверх, чтобы сплести пальцы за шеей. И запрокинуться на спину, потащив его следом за собой.
Он выдохнул и засопел ей в шею, на пробу шевельнулся. Терпеть было уже невмоготу. Ито не спешила отзываться и помогать - взяв за щеки, она принялась обцеловывать его лицо, шепча что-то невразумительное и слыша в ответ такие же обрывки слов. Щеки, глаза, губы, нос, мочки ушей, шея, подбородок - он отвечал, не переставая тереться об нее всем телом, делая это быстрей и быстрей. Ито соображала все хуже - в противном случае она бы почувствовала, как он вдруг сдвинулся и следующим движением...
- И...Ит...то...
Она хрипло охнула и, чтобы не вскрикнуть, прикусила уголок подушки, но все равно не сдержалась:
- Больно!..
Вместо того чтобы остановиться, Макото только дернулся сильней, и их животы со звонким шлепком соприкоснулись.
- Ай! - больше по инерции вскрикнула она. Подняла на него растерянные и счастливые глаза. - Мако... Уже не больно.
- Мне тоже... - он вытер выступившие у нее на глазах слезы.
- У меня что-то разорвалось, - прислушавшись к себе, поделилась наблюдением Ито.
- У меня тоже, - напряженно отозвался Макото.
- Да-а?.. - озадаченно. - Может, стоит посмотреть?..
- Надеюсь, ничего жизненно необходимого не пострадало, - отшутился он, но по выражению его лица Ито видела, что ему не по себе.
- Но, все-таки, может, стоит...
- Успею. Я сначала хочу... - он двинул бедрами вперед-назад, заставив ее умолкнуть с вытаращенными глазами. Видимо результат его удовлетворил, потому что следующий толчок был сильней и глубже. - Вот так... не больно?.. - выдохнул он.
Она покачала головой: больно не было. Хотя и божественно-приятными эти ощущения назвать она никак не могла. Даже в принципе "приятными"- какое уж тут удовольствие, когда в тебе, чуть не скрипя от натуги, что-то ерзает?
Макото застонал и начал двигаться быстрее; приподнялся, не отрывая от Ито затуманенного взгляда, и мотнул головой, чтобы отлепить от лица волосы. Не удалось, но ему уже было все равно:
- Ито... - потянул ее на себя, подался навстречу, толкнулся и... попал - и не просто попал, а попал куда надо: Ито вскрикнула, ее тело выгнулось дугой - кажется, Макото растерялся, но все равно остановиться уже не мог. Она опять вскрикнула, опять дернулась - свалились подушки, съехала на пол простыня. Макото, окончательно переставший воспринимать реальность, подхватил Ито под колени и начал нещадно возить спиной по голому матрасу - и вдруг задохнулся, сжался, вскрикнул, зажмурился...
...и обмяк. Упал сверху, уткнулся лицом в ее еще влажные волосы.
Реальность бестактно нарушила блаженство, постучав в его обескровленный разум уголком нежно приникшего к щеке презерватива.
Презерватив.
Макото подскочил, как подброшенный, и уставился на Ито с таким ужасом, словно только что обнаружил, что она - парень.
- Эй... Ты чего?.. - она сначала испугалась, но сразу поняла причину и теперь боролась со смехом, чувствуя, что надолго ее не хватит.
- Я... я... - он побелел. - Ито, прости!..
- Ты об этом?.. - она двумя пальцами отлепила от его щеки презерватив и на ладошке презентовала его владельцу.
Но Макото было совсем не смешно.
- Прости, я... я забыл...
- Мако-тян, все в порядке. Сегодня у меня безопасный день.
Макото осекся, словно ему дали под дых. Ито счастливо улыбнулась и снова потянула его на себя.
- Да? - через некоторое время пискнул он голосом, напомнившем ей о временах его вынужденного девичества. - А откуда ты...
- Если дома вокруг меня одни мужчины, это не значит, будто мне негде узнать про разные женские штуки! - Ито ткнула его пальцем в лоб. - Аканэ-сан рассказала, - со вздохом призналась она через полминуты.
Макото представил старшую сестру, занимающуюся сексуальным просвещением его невесты.
- Бо-оже...
- В конце концов, существует не только семейная, но и женская солидарность, - передразнивая его недавние слова, подмигнула Ито и шепотом закончила, чувствуя, что снова начинает заливаться краской: - Так что можешь оставить его на второй раз...
- На второй?.. - в глазах Макото вспыхнули огоньки.
- На второй.
- Но у тебя же сегодня безопасный день... Зачем он нам?..
- В каком смыс... Мако... Подож... Эй!.. А-ах!.. Ма...ко...

...рядом с подушками, пледам и простыней под кроватью валялся маленький серебристый квадратик. Он не пригодился ни ночью, ни наутро, ни днем, когда, сонные и с трудом передвигающие (по разным причинам) ноги Макото и Ито, приводя дом в порядок, не нашли его (да особо и не искали), оставив там, куда он упал. А еще через некоторое время его обнаружил новый - четвероногий и очень любознательный обитатель небольшого домика, расположенного в четверти часа ходьбы от станции. И если б подозрительную игрушку не отобрал Макото, быть ей окончательно сгрызенной щенячьими зубами. К тому времени предмет, когда-то кочевавший из кармана одних его брюк в другие, совершенно утратил первоначальный облик, поэтому Макото даже не догадывался, что именно отправляет в мусорное ведро.
Хотя если б и догадался, вряд ли бы расстроился - ведь теперь такой амулет на счастье был ему больше не нужен.


"STASY.NET и все, все, все!"
e-mail: info@stasy.net